Как Русь перенесла Смуту

Четыре века назад Тула успела побыть столицей

Четыре века назад Тула успела побыть столицей

День народного единства – молодой праздник в честь старинной победы. Победы русского народа не только над внешним врагом – польскими интервентами, – но и над собственной разобщенностью. Интересно, что история Смуты тесно переплелась с историей Тулы. Самое время вспомнить, как это было.

1598. Крепость накануне кризиса

В палатах московского кремля умер 40-летний царь Федор Иоаннович, набожный и слабый здоровьем. На нем прервалась московская ветвь правившей русским государством династии Рюриковичей. К этому моменту уже обострилась борьба бояр за собственные привилегии и власть. В стране тяжелый экономический кризис: Ливонская война потребовала огромных затрат, разорен Великий Новгород. Крестьяне, посадский люд, казаки недовольны властью.

27 февраля Земский собор избрал царем представителя одного из ведущих боярских родов – Бориса Годунова, который фактически в последнее время и правил страной. Он взял курс на сближение с Западом, начал даже приглашать иностранцев на службу, которые получали высокие посты, деньги, земельные наделы с крестьянами. Годунов устроил репрессии, боясь заговоров со стороны других боярских родов.

Тула в это время набирала вес как важный стратегический центр государства. В 1520 году построен каменный кремль, цель которого – мешать набегам татар на Москву. Крепость стала центром притяжения городской планировки. В кремле росло жилищное строительство – здесь были дома воевод, осадные дворы, где поселялись туляки в случае угрозы. Появилась Торговая площадь, а позади кремля стали создаваться рабочие слободы.

Тула постоянно переживала набеги татар. «Воеваху те места и разоряху и многих людей побиша и сёла и деревни многие пожогша, дворян и детей боярских с жёнами и детьми и многих православных крестьян в полон поимша и сведоша; а полону многое множество, яко и старые люди не помнят такой войны от поганых», – писал летописец о набеге 1596 года.

Оборонное значение Тулы привело к созданию засечной черты, которая проходила через всю территорию области, включив в себя Венев, Крапивну, Одоев и другие населенные пункты.

1601‒1603. Туляки едят кору

Властный авторитет Годунова подорвал жуткий голод в России, который позже назовут Великим. Он стал последствием малого ледникового периода, вызванного извержением вулкана Уйнапутина в Перу. Летом месяцами шли дожди, а осенью быстро приходили заморозки. В 1603 году крестьянам попросту стало нечего сеять. Цены на хлеб за три года выросли почти в 20 раз. Вымерло около трех из десяти миллионов жителей Руси. Люди ели кошек, собак, траву, кору, навоз, случались факты людоедства. При этом богачи удерживали у себя в амбарах огромное количество зерна, надеясь продать подороже. Видя, что дома прокормиться невозможно, со всех мест, в том числе из тульской земли, люди двинулись в Москву на заработки. Лишь закупки хлеба в дальних областях России и продажа его задешево в Москве, а также урожай 1604 года положили конец голоду. Но разгула преступности пресечь не удалось: крестьяне, отпущенные хозяевами из-за голода, сколачивали разбойничьи шайки. В стране процветали доносы, поощряемые режимом Годунова.

Еще одним последствием голода стал слух, что голод ‒ это небесная кара и знак того, что правление Бориса незаконно и не благословляется Богом. Тем более что странная смерть сына Федора Иоанновича, царевича Дмитрия в 1591 году была подозрительной: в убийстве подозревали Годунова. Прокатился слух, что царевич жив и скрывается в Польше…

1604–1605. Стольный град

Кем на самом деле был человек, который воспользовался образовавшимся кризисом в России, до сих пор неизвестно: то ли действительно царевич Дмитрий, то ли беглый монах Григорий Отрепьев, то ли немецкий наемник, то ли итальянский монах… Но только в 1604 году польский король Сигизмунд уже признал его наследником Ивана Грозного, разрешил вербовать наемников для похода на Россию, а тот пообещал вернуть полякам Смоленск, ряд других земель, поддерживать развитие католичества и сближение с Польшей. Позже его прозвали Лжедмитрий I.

В 1604–1605 годах, поддерживаемый многими дворянами как реальный наследник престола, он продвигался вглубь России, его войско росло. Жители присягнувших самозванцу городов порой исступленно сражались с царскими отрядами. А после смерти Бориса Годунова, случившейся 23 апреля 1605 года, Лжедмитрию присягнули и они. Среди тех, кто выступил на его стороне, были и туляки.

«Когда бояре и воеводы под Кромами передали войско и отечество Лжедмитрию, рязанцы, туляне, алексинцы и каширцы были во главе измены, и самозванец-царь поздравил их первыми своими телохранителями… Тула тогда же послала бить челом государю своему Дмитрию Иоанновичу, за что Гришка Отрепьев объявил ее своей столицей», – писал историк Иван Афремов.

1 июня 1605 года Тула стала столицей, так сказать, «по версии Лжедмитрия». «Тула представляла вид шумной столицы, исполненной торжеств и ликования», – писал Афремов. Сюда стекались люди из разных краев, стремясь урвать хоть немного «царской» милости. Лжедмитрий разместился на одном из посадских дворов и отсюда посылал гонцов и известия и грядущих демократических свободах. Между прочим он потребовал от москвичей низложить взошедшего на престол сына Годунова – Федора. Это поручение было исполнено. А в Тулу из Москвы повиниться перед «царем» явились бояре и князья. Они передали самозванцу печать государства Российского и ключи от казны. Однако в Москву Лжедмитрий не спешил, ожидая, когда в ней вовсе не останется его противников – в частности, будет низложен патриарх Иов и убит царевич Федор. Лишь узнав об этом, 15 июня самозванец покинул Тулу, которая пробыла стольным градом ровно две недели.

1606. Говорят, царь – не настоящий!

Но спокойной жизни у Лжедмитрия I в Москве не было. Почти сразу в столице при активном участии князя Василия Шуйского стали разноситься слухи о том, что никакой это не царевич Дмитрий, а польский самозванец. Тем более что слишком уж новый монарх был ориентирован на Речь Посполитую. Погубила Лжедмитрия женитьба на Марине Мнишек, которая состоялась в мае 1606 года в Москве. Свадьба по традиции пела и плясала, причем так долго, что приглашенные самозванцем в Москву поляки осатанели от пьянки и устроили разбой – грабили людей, нападали на женщин и в открытую говорили: мы царя не боимся, потому что сами его и посадили на престол.

17 мая в Москве началось восстание, инициированное Шуйским и поддержанное боярами и горожанами. Москвичи бросились бить поляков, а вскоре прорвались в палаты самозванца. Тот, пытаясь скрыться, бросился в окно и, пытаясь убежать по строительным лесам, сверзился с высоты 30 метров и вскоре был застрелен и добит алебардами.

1606–1607. Вода и хитрость

Казалось, самозванец уничтожен – пора установить законную, сильную власть. Но не тут-то было. Василием Шуйским, которого успешный заговор привел на престол, были недовольны многие. Они и разносили слухи, что Дмитрий опять-таки жив, а убили кого-то другого. Стремление свергнуть Шуйского, помноженное на феодальный гнет, голод и закрепощение крестьян, привело к мощному народному восстанию. Впрочем, среди восставших были и дворяне (в том числе тульское дворянство во главе с Истомой Пашковым), и казаки, и наемные ландскнехты. Возглавил поход на Москву Иван Болотников, бывший военный холоп, позднее попавший в Польшу и получивший там грамоту о назначении главным воеводой в войске Лжедмитрия I. Веря, что тот не самозванец, а царевич Дмитрий, Болотников пошел из Путивля на Москву. Поначалу дело шло хорошо, была занята территория вокруг Рязани и Тулы, в том числе Алексин, но осада столицы не удалась, а некоторые отряды перешли на сторону Шуйского. Поражение в декабре 1606 года в сражении под Коломенским вынудило Болотникова отступать. Летом 1607 года его войско укрепилось в Туле, да так, что осаждать город дружине, которую возглавил лично Шуйский, пришлось четыре месяца. Защитники оборонялись мужественно, несмотря на недостаток продовольствия. Увидев, что силой Тулу не взять, Василий решил действовать хитростью: с помощью сооруженной на Упе плотины он затопил кремль. Вода испортила запасы хлеба, соли, боеприпасов, начался жуткий голод. Параллельно Шуйский пошел на переговоры, пообещав не пролить крови, если защитники Тулы добровольно сложат оружие. Поверил этим обещаниям и Болотников. 10 октября 1607 года Тула сдалась. Шуйский обещания не сдержал – лидеров восстания убили, правда Болотникова – только через полгода.

1608–1612. Ополчение не одолеть

Кризис власти продолжался. На северо-западе хозяйничал новый самозванец Лжедмитрий II, потворствовавший грабительским действиям поляков. На юге разбойничали ногайцы, в районе Оки ‒ крымские татары. Народу надоело на это смотреть, и он взялся наводить порядок своими руками, очистив под водительством князя Михаила Скопина-Шуйского от поляков несколько городов. В 1609 году войну России объявила Польша. Но стоило в марте 1610 года войскам Скопина-Шуйского войти в Москву, как вскоре популярный в народе полководец скончался – скорее всего, не без помощи Василия и Дмитрия Шуйских. Под руководством последнего русское войско стало терпеть поражения, что в итоге привело к смещению Василия с царства. Семеро бояр признали русским царем польского королевича Владислава, но многие города присягнули Лжедмитрию II. И лишь истинные патриоты, вроде уроженца современного Ефремовского района воеводы Смоленска Михаила Шеина, который участвовал ранее и в борьбе против первого самозванца, и в осаде Тулы, не занимались политикой, а бились за русскую землю с поляками.

Народ между тем копил ненависть и силы для создания ополчения. Первое ополчение рязанского дворянина Прокопия Ляпунова весной 1611 года освободило часть Москвы и осадило кремль, но лидер повстанцев был убить. Второе ополчение 1612 года возглавил нижегородский земский староста Кузьма Минин, которому помогал князь Дмитрий Пожарский. Ко времени, когда войско подошло к столице, первое ополчение уже присягнуло новому самозванцу – Лжедмитрию III. В Ярославле, который Минин и Пожарский выбрали временной столицей, был создан «Совет всей земли», сюда стекались люди, желавшие положить конец Смуте, сюда посылали деньги на ополчение. Разгром польского гетмана Ходкевича, которого удалось выбить из Москвы после 14-часового боя, взятие Китай-города и, наконец, сдача оставшихся в кремле поляков знаменовала окончание тяжелых времен. 6 ноября победители вступили в кремль под колокольный звон. В 1613 году на царство был избран Михаил Федорович Романов.

А Смута навсегда осталась одной из самых черных страниц в истории страны. Однако она высветила еще раз, после Куликовской битвы, главное свойство нашего народа: мы способны одолеть любого врага, способны построить великое государство, если объединены общей – не фальшивой, а истинной целью.

Опубликован в газете "Московский комсомолец" №46 от 9 ноября 2016

Заголовок в газете: Смута, которую победил народ